О сложности реализации проектов в Каспийском море рассказал глава КМГ в своём интервью пресс-службе.

— Было несколько попыток «партнериться» с разными компаниями для разработки месторождений в Каспийском море. Однако они не были реализованы и права недропользования сдавали обратно государству. Почему так сложно реализовывать проекты в Каспийском море, компании боятся больших рисков и выходят из этих проектов?

— Это связано с несколькими факторами. Конечно, крупнейший фактор — это то, что в последние годы на Каспии крупных обнаружений не было. Так, например, скважина на участке Женис в южной части казахстанского сектора Каспийского моря оказалась сухой. До этого были признаны неперспективными и другие блоки, как блок «Н», например. В то же время были и хорошие открытия, такие как месторождения Кашаган, Каламкас-море и Хазар.

Также существуют дополнительные факторы: первый — геологические риски, второй — на Каспии достаточно сложно работать. Каспийское море отличается мелководьем и экстремальными температурами — летом очень жарко, зимой холодно, есть льды. Это приводит к заметному удорожанию проектов. В связи с этим, по поручению Главы государства был разработан Улучшенный модельный контракт, направленный на развитие сложных месторождений, в том числе морских. Благодаря этому мы смогли привлечь компанию «ЛУКОЙЛ» и создать совместное предприятие для разработки месторождений Каламкас-море, Хазар, Ауэзов. Я уверен, что потенциал Каспия значителен, и он не исчерпан, поэтому геологоразведка в Каспийском море будет продолжаться.